СНЫ МАРИНЫ СВИНИНОЙ
На выставке фотохудожницы в Музыкальном театре
Она сама предлагает вам ключик к своей ⌠Обители сновидений■ (так названа фотовыставка), включая в небольшой проспект обширную цитату из Павла Флоренского.
⌠Жизнь нашей души протекает в двух мирах - видимом и невидимом. Бывают времена, когда оба мира соприкасаются с нами, созерцается самое это соприкосновение...■
... И кажется, выскочил из тебя чумазый чертик, собрат гоголевскому близ Диканьки, прыгнул, ткнулся, уперся черный кузнечик во что-то твердое, белое, инородное, задумался о своем бессилии, а рядом на воздушном шарике повисла над остроугольной бездной белая, с черной головкой, стрекоза, выпавшая в область ⌠мнимого пространства■ - ⌠сон■, в котором, по словам того же Флоренского, ⌠...тот и другой мир растворяются друг в друге, и наша жизнь приходит в сплошное струение, вроде того, когда подымается над жаром горячий воздух...■
Вполне допускаю, что публикуемую здесь фотографию с выставки, кто-то расшифрует иначе, по-своему. В принципе, сколько зрителей - столько и толкователей снов будет у Марины, ибо ⌠струящиеся■ образы ее искусства предполагают ⌠с другой стороны созерцаемое бытие... когда сознанию одновременно даны оба берега жизни...■ и т.д.
Субъективизм творчества обуславливает субъективизм восприятия - субъективное в квадрате, так сказать, а для кого авторитет Флоренского вовсе не является оправданием заумного, тем, возможно, просто и непредвзято выставка ⌠фотоснов■, таких странных и красивых, покажется занятной.
Эта серия снимков - своего рода фотоспектакль, расскадровка действа, у которого режиссер и драматург - Марина Свинина. И даже актеры - только модели; по существу, тут и актерствует автор. Хотя, безусловно, уважения эти талантливые сотрудники Марины заслуживают и должны быть названы: Ольга Румянцева, ведущая актриса ⌠Театра пилигримов■, и режиссер Александр Демчишин, дерзко поставивший в том же театре рок-оперу В.Соколова ⌠Каменный гость■ по Пушкину.
Есть какая-то невеселая арлекинада в цикле ⌠Обитель сновидений■, даже, пожалуй, щемящий отзвук далекой феллиниевской ноты, гримаса путаницы сна и яви в ⌠Восьми с половиной■. Не потому ли ⌠абсурдизм■ поз и костюмов гармонично ⌠соседствует■ с грубой фактурностью выбеленного солнцем бетона, а тени материально весомы, вещественно тяжелы.
И еще то поразительно, что в снах-снимках Марины есть звук. Это, конечно, труба. Даже там, где она не включена в композицию, чудится долгий резкий тягучий одинокий трубный голос. Одна же фотография особенно певуча. Поет не только Александр Ольге, да так, будто исступленной песней из трубы расстреливает ее в упор - поют в унисон ветер, солнце, река, облака...
Впрочем, в каждой фотографии - своя ⌠сюрреалистическая■ изюминка, каждая - что строфа, складываются они в стихотворение - выставку ⌠Обитель сновидений■ и положена она на мелодию, пересказать которую, как и стихи, прозой в каком-то смысле кощунственно - как потревожить чей-то сон безгрешный...
Кажется, преднамеренно эта выставка экспонируется в Музыкальном театре. Пластика художественной фотографии ищет созвучия с музыкой и театром. Я зову читателя услышать его. Тех, кто явится в театр на выставку, должен я, однако, предупредить об одном ⌠фокусе■.
Фотографии, как положено, находятся в рамках под стеклом, и в нем днем отражается все небо сквозь громаду прозрачного театрального фасада. Они за этим белесым отражением словно прячутся от взоров с какой-то стыдливой игривостью. И в этом есть своеобразная имитация неуловимости, неотчетливости сна, ⌠струящегося вещества■ сновидений. Оно вроде бы и готово поддаться, и ускользает...
Вечером же экспозиция - в глухой тени под ⌠козырьком■ второго яруса верхнего фойе.
Как хотите, так и понимайте, я же приписываю это мистическому пониманию искусства от П. Флоренского.

Валерий Владимиров, критик

╚Восточно-Сибирская правда╩, 1996, 21 марта.